Кабинет доктора Бёрнса (jacob_burns) wrote,
Кабинет доктора Бёрнса
jacob_burns

Category:

ТОП-10 книг, которые не поддаются экранизации

Флешмоб от altereos

Если уж начать занудствовать, то никакая книга буквально на экран не переносится, в силу абсолютно разного способа выражения мыслей. Поэтому практически любой фильм по книге - отдельное произведение, часто связанное с источником даже не названием, а строчкой в титрах и договором о правах. Причем, зачастую даже смысл высказывания меняется на противоположенный, что мы наблюдаем на примере "Соляриса" Тарковского (или же растворяется без следа, как в "Солярисе" Содерберга).

Если же принудительно расширить рамки, то в топ наш попадают книги, написанные исключительно сложным языком, и текст сам по себе является неотъемлемым, главным достоинством произведения. И язык этот при экранизации, если кто-то рискнул на нее, меняется на совсем другой, визуальный, который позволит выразить те же ощущения, передать контекст, описанный автором. Собственно, неспособность заменить один язык другим и приводит к такому пораженческому явлению, как закадровый текст.

Будем исходить из этого, составляя топ.

10. Леонид Филатов. Про Федота-стрельца, удалого молодца
Казалось бы сказка-пьеса (то есть вещь изначально подготовлена для театра и кино) дважды экранизирована, в виде мультфильма и фильма с Мягковым в роли царя. Обе версии абсолютно не приняла моя душа. Произошло именно оно - материал использован для творческого выражения кинематографистов. Получилось в обоих случаях вполне самостоятельное высказывание, особо в исходном тексте и не нуждающееся. Лучшим же воплощением для меня лично остался моноспектакль с самим Филатовым, читающим текст. И когда я читаю эту книгу, я слышу его голос, больше ничего и не требуется. Почему так? Да потому что "Сказ" - только имитация пьесы (это только мое мнение, естественно), она писалась как монолог, как проза, притворяющаяся драмой.

(К слову, пьеса "Сукины дети" как раз весьма выигрывает от воплощения на сцене или экране. Там авторский текст не превалирует над действием и диалогами, то есть транзакциями персонажей).

9. Виктор Пелевин. Шлем ужаса
Пелевин чрезвычайно труден экранизации даже на из-за богатого текста, а в большей степени из-за сложных мыслей. которыми этот текст насыщен. Трудно визуализировать философские трактаты, даже если они представлены как художественная литература.

Итак, "Шлем ужаса". Вроде бы, как и в предыдущем случае, имитация пьесы. Вроде бы авторского ("закадрового") текста нет вовсе, одни диалоги. Полный простор для воплощения. Но не все так просто. Пелевин хотел в простой форме разжевать для всех суть своей философии. Для этого он наглядно, чуть ли не рисунком, описал устройство человеческого разума. К тому же он хотел показать иллюзорность мира, казалось бы данного нам в ощущения. Поэтому все "диалоги" - просто буквы на экране монитора одного человека - единственного реального персонажа в книге. "Шлем ужаса" - апофеоз солипсизма. Весь мир - иллюзия, люди, с которыми мы якобы общаемся, существуют только в нашем воображении. А видим мы только буквы в чате.

8. Эдвин Лефевр. Воспоминания биржевого спекулянта
Жизнеописание человека, ведущего интеллектуальную деятельность. Все перипетии - кейсы даже не из биржевого зала, а с телетайпной ленты. Ничего визуально интересного в книге нет, только игра ума.

7. Михаил Успенский. Там где нас нет
(Любая другая его книга также подошла бы). Вроде бы роман переполнен действием. Герои куда-то идут, чего-то добиваются, жизнью рискуют. И можно, конечно, это все воплотить на экране. Но на самом деле текст соткан из игры слов, каких-то сложных, закрученных оборотов и фразочек, и без них потеряется вся соль.

6. Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль
Тот же случай, но в гораздо большей степени: весь роман - сплошная игра слов. Убери ее, не останется ничего.

5. Бальтасар Грасиан. Карманный оракул
Интересный "жанр" - книга состоит из афоризмов и предназначена для гадания. Помните дворецкого из "Лунного камня" Коллинза, который ответы на любые жизненные вопросы искал в "Робинзоне Крузо"? Ну так Грасиан написал именно такого "Робинзона" специально для поисков ответов методом случайного открытия томика. Естественно, экранизировать это нереально.

4. Ксения Букша. Рамка
Сюрреалистическая антиутопия. Текстовый сюрреализм чрезвычайно трудно переводится в визуальную форму. Так же как трудно новеллизировать картины Дали или ранние фильмы Бунюэля. Можно подменить визуальный сюр на текстовый или наоборот, но это именно замена, а не воплощение. Снова у нас книга, построенная на красоте текста, словесных играх. Ничто в этой книге не имеет ценности без этих игр. Удивительно, что такая книга вышла в наше время. когда практически все пишут чрезвычайно кинематографически.

3. Станислав Лем. Глас Господа
Книга, в которой Лем-философ победил Лема-писателя. Много мыслей, умных мыслей, вывалено практически без "литературной поддержки" - то есть вне формы, удобоваримой для читателя. И все это оформлено как мемуары, то есть лишено малейшей эмоциональной подпитки. Как и в случае с Пелевиным, трудно экранизировать философский трактат, даже если он маскируется под худлит.

2. Уильям Фолкнер. Особняк
Чрезвычайно многословная книга. В самом плохом смысле: каждая простенькая мысль разжевывается, повторяется десятикратно на нескольких страницах. И хочется уже крикнуть: "Ну хватит, я не настолько глуп, я и в первый раз понял, а после третьего уяснил окончательно и в подробностях!".

1. Милорад Павич. Семь смертных грехов
Цитата из моего довольно старого отзыва: " Я не утверждаю, что книга плоха. Сейчас, вспоминая задним числом сюжет этих новелл, если там вообще можно говорить о сюжете, мне кажется, что это довольно интересно. Во всем этом есть поэтическое восприятие мира и жизни... Вопрос в том, как это все реализовано. Я и раньше слышал о необычной стилистике Павича. Она впрямь неординарна - странные построения фраз, не избитые метафоры, интересные мысли. Но на всем этом лежит печать запредельного умничания. То есть Павич каждой буквой выпендривается... В "Грехи" я не смог погрузиться ни на секунду. Более того, мое сознание скользило по тексту, не воспринимая практически ничего. Мне приходилось делать неимоверное усилие, чтобы попросту понять, что я читаю."

PS
В отдельную категорию хочется выяснить огромное количество книг любимых мною авторов, в которых технически ничто не мешает экранизации, но они настолько объемны, многослойны и многогранны, что перенос на экран неизбежно приведет к потере огромной части необычайно ценного материала. Это, например, почти все творчество Олди (кроме, конечно, пьес), например, цикл про Ойкумену. Или Тетралогия Симмонса про Гиперион. И многие другие книги, имя им Легион.
Tags: кино, книги, флешмоб
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments