?

Log in

No account? Create an account
Робохопкинс

jacob_burns


Кабинет доктора Бёрнса


Previous Entry Share Next Entry
ТОП-10 книг, которые не поддаются экранизации
Робохопкинс
jacob_burns
Флешмоб от altereos

Если уж начать занудствовать, то никакая книга буквально на экран не переносится, в силу абсолютно разного способа выражения мыслей. Поэтому практически любой фильм по книге - отдельное произведение, часто связанное с источником даже не названием, а строчкой в титрах и договором о правах. Причем, зачастую даже смысл высказывания меняется на противоположенный, что мы наблюдаем на примере "Соляриса" Тарковского (или же растворяется без следа, как в "Солярисе" Содерберга).

Если же принудительно расширить рамки, то в топ наш попадают книги, написанные исключительно сложным языком, и текст сам по себе является неотъемлемым, главным достоинством произведения. И язык этот при экранизации, если кто-то рискнул на нее, меняется на совсем другой, визуальный, который позволит выразить те же ощущения, передать контекст, описанный автором. Собственно, неспособность заменить один язык другим и приводит к такому пораженческому явлению, как закадровый текст.

Будем исходить из этого, составляя топ.

10. Леонид Филатов. Про Федота-стрельца, удалого молодца
Казалось бы сказка-пьеса (то есть вещь изначально подготовлена для театра и кино) дважды экранизирована, в виде мультфильма и фильма с Мягковым в роли царя. Обе версии абсолютно не приняла моя душа. Произошло именно оно - материал использован для творческого выражения кинематографистов. Получилось в обоих случаях вполне самостоятельное высказывание, особо в исходном тексте и не нуждающееся. Лучшим же воплощением для меня лично остался моноспектакль с самим Филатовым, читающим текст. И когда я читаю эту книгу, я слышу его голос, больше ничего и не требуется. Почему так? Да потому что "Сказ" - только имитация пьесы (это только мое мнение, естественно), она писалась как монолог, как проза, притворяющаяся драмой.

(К слову, пьеса "Сукины дети" как раз весьма выигрывает от воплощения на сцене или экране. Там авторский текст не превалирует над действием и диалогами, то есть транзакциями персонажей).

9. Виктор Пелевин. Шлем ужаса
Пелевин чрезвычайно труден экранизации даже на из-за богатого текста, а в большей степени из-за сложных мыслей. которыми этот текст насыщен. Трудно визуализировать философские трактаты, даже если они представлены как художественная литература.

Итак, "Шлем ужаса". Вроде бы, как и в предыдущем случае, имитация пьесы. Вроде бы авторского ("закадрового") текста нет вовсе, одни диалоги. Полный простор для воплощения. Но не все так просто. Пелевин хотел в простой форме разжевать для всех суть своей философии. Для этого он наглядно, чуть ли не рисунком, описал устройство человеческого разума. К тому же он хотел показать иллюзорность мира, казалось бы данного нам в ощущения. Поэтому все "диалоги" - просто буквы на экране монитора одного человека - единственного реального персонажа в книге. "Шлем ужаса" - апофеоз солипсизма. Весь мир - иллюзия, люди, с которыми мы якобы общаемся, существуют только в нашем воображении. А видим мы только буквы в чате.

8. Эдвин Лефевр. Воспоминания биржевого спекулянта
Жизнеописание человека, ведущего интеллектуальную деятельность. Все перипетии - кейсы даже не из биржевого зала, а с телетайпной ленты. Ничего визуально интересного в книге нет, только игра ума.

7. Михаил Успенский. Там где нас нет
(Любая другая его книга также подошла бы). Вроде бы роман переполнен действием. Герои куда-то идут, чего-то добиваются, жизнью рискуют. И можно, конечно, это все воплотить на экране. Но на самом деле текст соткан из игры слов, каких-то сложных, закрученных оборотов и фразочек, и без них потеряется вся соль.

6. Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль
Тот же случай, но в гораздо большей степени: весь роман - сплошная игра слов. Убери ее, не останется ничего.

5. Бальтасар Грасиан. Карманный оракул
Интересный "жанр" - книга состоит из афоризмов и предназначена для гадания. Помните дворецкого из "Лунного камня" Коллинза, который ответы на любые жизненные вопросы искал в "Робинзоне Крузо"? Ну так Грасиан написал именно такого "Робинзона" специально для поисков ответов методом случайного открытия томика. Естественно, экранизировать это нереально.

4. Ксения Букша. Рамка
Сюрреалистическая антиутопия. Текстовый сюрреализм чрезвычайно трудно переводится в визуальную форму. Так же как трудно новеллизировать картины Дали или ранние фильмы Бунюэля. Можно подменить визуальный сюр на текстовый или наоборот, но это именно замена, а не воплощение. Снова у нас книга, построенная на красоте текста, словесных играх. Ничто в этой книге не имеет ценности без этих игр. Удивительно, что такая книга вышла в наше время. когда практически все пишут чрезвычайно кинематографически.

3. Станислав Лем. Глас Господа
Книга, в которой Лем-философ победил Лема-писателя. Много мыслей, умных мыслей, вывалено практически без "литературной поддержки" - то есть вне формы, удобоваримой для читателя. И все это оформлено как мемуары, то есть лишено малейшей эмоциональной подпитки. Как и в случае с Пелевиным, трудно экранизировать философский трактат, даже если он маскируется под худлит.

2. Уильям Фолкнер. Особняк
Чрезвычайно многословная книга. В самом плохом смысле: каждая простенькая мысль разжевывается, повторяется десятикратно на нескольких страницах. И хочется уже крикнуть: "Ну хватит, я не настолько глуп, я и в первый раз понял, а после третьего уяснил окончательно и в подробностях!".

1. Милорад Павич. Семь смертных грехов
Цитата из моего довольно старого отзыва: " Я не утверждаю, что книга плоха. Сейчас, вспоминая задним числом сюжет этих новелл, если там вообще можно говорить о сюжете, мне кажется, что это довольно интересно. Во всем этом есть поэтическое восприятие мира и жизни... Вопрос в том, как это все реализовано. Я и раньше слышал о необычной стилистике Павича. Она впрямь неординарна - странные построения фраз, не избитые метафоры, интересные мысли. Но на всем этом лежит печать запредельного умничания. То есть Павич каждой буквой выпендривается... В "Грехи" я не смог погрузиться ни на секунду. Более того, мое сознание скользило по тексту, не воспринимая практически ничего. Мне приходилось делать неимоверное усилие, чтобы попросту понять, что я читаю."

PS
В отдельную категорию хочется выяснить огромное количество книг любимых мною авторов, в которых технически ничто не мешает экранизации, но они настолько объемны, многослойны и многогранны, что перенос на экран неизбежно приведет к потере огромной части необычайно ценного материала. Это, например, почти все творчество Олди (кроме, конечно, пьес), например, цикл про Ойкумену. Или Тетралогия Симмонса про Гиперион. И многие другие книги, имя им Легион.


  • 1
когда дошла до п.5, подумала, что на первом месте просто должен быть Павич :) еще не видя его там.
удивилась, что хоть кто-то еще читал Букшу.
и про Ойкумену согласна - хотя мне конечно хотелось бы ее увидеть на экране, но в успех не верю. это должно быть очень громоздко, путано и с потерей кучи смыслов.

пример - экранизация Игр престолов. Разобраться в хитросплетении линий и персонажей без поллитра...

кроме поллитры помогает куча энциклопедических ресурсов по ИП.
я была подготовлена, до сериала прочитала все, что было переведено. но все время удивлялась, как это могут смотреть, любить и вникать те, кто не читал (называемые в народе сериальщиками)

ну блин, почему мне такой топ не выдали! ыыыы ))

очень не хватает Алисы в стране чудес - примерно миллиард экранизаций и все не о том.

Примерно та же история. Сюрреалистический текст экранизируется сюрреалистичной картинкой. Замена одного абсурда на другой.

Читал только 10. Да уж, лучше, чем читал сам Филатов, никто произведение не представит


Как я с вами согласна по поводу Павича) Не мое тоже абсолютно.

Да, читать этого автора тяжелая работа, и к сожалению неблагодарная.

А мне кажется можно все

ну да, это как взглянуть, можно экранизировать все, создав самостоятельное произведение с киноязыком вместо литературного. Экранизировали же игру "Морской бой" (и тетрис тоже - в виде мульта про богатырей).

Ну знаешь, я не фанат дословного.
Я считаю что необходимо экранизировать идеи, а не слова.

и опять вопрос с экранизациями Лема или Стругацких. Удались ли Солярис и Сталкер? И, если уж на то пошло, Чародеи? Отражают они идеи авторов книг? Да не фига, абсолютно самостоятельные произведения с собственным контекстом. В случае Соляриса - противоположенным идеям Лема. Или все до единого (после советского) сериалы про Холмса. Упор делается на недостатки Шерлока. его ущербность, наркоманию, скверный нрав, а не на торжество разума над обыденностью, как у Конан-Дойля.

Так я вообще не верю в экранизации, книги (да и сценарий) только повод,чтобы снять кино, которое вовсе не зависит от оригинала.

Да пофиг, если будет два хороших произведения? Почему нет

Дюрренматта бы добавил, "Правосудие" и "Поручение" точно ))

Дюрренмата вполне активно и удачно экранизируют. Именно про Правосудие не в курсе, но на мой взгляд он не сложнее того же Визита старой дамы.

Вот если не считать всяких перечислений типа "Тот замертво падает с лошади, когда опасность осталась позади, как упал всадник, проскакав по льду Боденского озера; духу не хватает, чтобы признать необходимость собственного благоразумия, человек не готов и дальше мириться с тем, что никогда не был героем, что был просто наделен здравым рассудком, он протискивается в ряды героев, оживает предание об отцах-воителях, героические мифы грозят коротким замыканием, память живет доисторическими битвами, и вот уже иной сам возводит себя в борцы Сопротивления, а дальше приступают к делу генштабисты, они заклинаниями вызывают из небытия мир нибелунгов, грезят о ядерном оружии, о героической борьбе не на жизнь, а на смерть в случае агрессии, ибо гибель армии должна тупо и неотвратимо привести к гибели нации, тогда как народы, давным-давно угнетенные и порабощенные то храбростью, а то и хитростью, умеют избегать этой участи. Но предполагаемая гибель может нагрянуть в другом, более изощренном виде. Землю, которую нация собиралась защищать до последней капли крови, скупают иностранцы, чужие руки содействуют процветанию хозяйства, свои же в лучшем случае осуществляют общее руководство, хотя едва ли правят, граждане государства образуют верхний слой, а под ним, скучившись в жилищах, сдаваемых за бешеные деньги, ютятся бедные и работящие итальянцы, греки, испанцы, португальцы и турки, нередко презираемые, зачастую неграмотные, илоты, на взгляд многих хозяев — существа низшего сорта, которые, пополнив ряды сознательного пролетариата и обладая превосходством как результатом привычки к умеренности, могут заявить о своих правах, вдруг осознав, что фирма, именующая себя нашим государством и уже наполовину перекупленная иностранным капиталом, зависит от них целиком и полностью. Как мы смутно о том догадываемся, протирая глаза в немом изумлении, наше маленькое государство на самом-то деле ушло с исторической арены, едва оно присоединилось к большому бизнесу. "
Огромная телега - всего три предложения ))

ну понятно, что язык у Дюрренмата богатый. Но экранизировать можно с теми же потерями, что и при переносе на экран любой хорошей книги. Приходится менять текст автора на киноязык.

Вот в этом отношении мне и близки сериалы - там можно не стараться уложиться в полтора-два часа или затягивать шоу, как Бертолуччи в "ХХ веке".
Хотя, с другой стороны - бывают же художники, как Антон Корбайн (см. "Контроль"), когда каждый кадр пленки - и как учебник по выстроению мизансцены, света (со звуком он несколько намудрил), и как отдельная история.

Какой интересный ТОП) Книги в большинстве своём сложно экранизировать, так или иначе что-то теряется, а есть и такие, которые вообще не поддаются.

  • 1